StolicaMedia, 26 августа. Московский рынок труда постепенно выходит из периода острого кадрового дефицита.Работодатели уже не стремятся как можно быстрее закрыть каждую открытую позицию, число предложений о трудоустройстве сокращается, а количество резюме, напротив, растет. При этом массовых увольнений пока не происходит, а в ряде отраслей сотрудников по-прежнему остро не хватает. ИА StolicaMedia выяснило у независимого HR-эксперта, клинического психолога Зулии Лоиковой, почему рынок труда в Москве начал охлаждаться, кто уже столкнулся с ростом конкуренции и сколько теперь может занимать поиск нового места.
Зулия Лоикова называет происходящее переходом от тотального к избирательному кадровому дефициту. По ее словам, нехватка специалистов теперь зависит от конкретной сферы занятости.
«Год назад работодатели боролись за любого более-менее подходящего кандидата, сегодня они тщательно выбирают. Почему? Потому что кризис не дает возможности допустить ошибку. Проблема неправильного найма может стоить компании отставания на несколько лет», — рассказала Лоикова.
По ее анализу, в первом квартале 2026 года количество вакансий в Москве сократилось на 20% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Одновременно за первые пять месяцев количество размещенных анкет соискателей выросло на 52% год к году.
По оценке эксперта, рост активности соискателей не свидетельствует о массовых увольнениях. На новые предложения активно откликаются в том числе уже трудоустроенные специалисты. Они рассматривают другие предложения, ищут более выгодные условия или заранее страхуются на случай ухудшения ситуации у нынешнего работодателя.
Почему низкая безработица не означает отсутствия конкуренции
Отдельно Лоикова обращает внимание на разницу между официально зарегистрированной безработицей и реальным числом соискателей. Часть из кандидатов уже имеют работу, но размещают резюме, ходят на собеседования и рассматривают предложения других организаций. Одни хотят понять, на какие условия могут рассчитывать, другие смотрят на более высокий доход, третьи начинают искать новое место из-за проблем у нынешнего работодателя, в том числе задержек зарплаты. В статистику зарегистрированных безработных такие люди не попадают.
«Официальная безработица, то есть те, кто стоит на учете в центрах занятости населения, и реальное количество ищущих работу — это вообще разные показатели. Люди с уже имеющейся работой стали активно мониторить кадровую ситуацию в поисках лучших условий для себя. У кого-то идут задержки зарплаты, и они выходят на рынок, хотя, может быть, и не меняли бы ничего, если бы все было хорошо», — объяснила Лоикова.
Эту динамику эксперт лишь в небольшой степени связывает с увольнениями. По ее оценке, массовой волны сокращений сейчас не наблюдается, а остывает после предыдущего перегрева.
Вакансий меньше, а требования к кандидатам выше
Кроме того, работодатели повысили требования к соискателям. По наблюдениям Лоиковой, бизнес стал реже соглашаться на длительное обучение человека после трудоустройства. Работодателям все чаще нужен специалист, который способен достаточно быстро показать конкретный результат.
Особенно важной становится измеримая ценность сотрудника для компании. Это может быть непосредственно принесенный бизнесу доход либо экономия средств.
«Все больше сейчас ценится кандидат, который может создавать измеримую ценность. Измеримую в деньгах — в экономии денег, если он еще не зарабатывает для компании, или непосредственно в тех деньгах, которые он ей принесет. Логика “возьмем нормального, а дальше он вырастет” вообще не работает сейчас», — отметила эксперт.
Одновременно увеличивается продолжительность самого отбора. Компании проводят больше этапов собеседований и тщательнее проверяют кандидатов. По словам Лоиковой, это связано со стремлением снизить вероятность ошибки при найме.
Вместе с этим работодатели смещают фокус с найма новых людей на удержание уже работающих специалистов. Бизнес делает ставку на сотрудников, которых уже знает и в чьей эффективности уверен.
Первыми конкуренцию почувствовали начинающие IT-специалисты
Однако изменения в сфере занятости затрагивают профессии неравномерно. По данным, которые приводит Лоикова, одними из первых усиление конкуренции почувствовали программисты начального уровня.
Спрос на программистов в Москве, по ее данным, снизился почти на 50%. Особенно это сказалось на junior-специалистах. Компании, по словам Лоиковой, теперь чаще ищут готовых специалистов вместо длительного обучения новичков.
В более уязвимом положении находится и офисный административный персонал. Часть его функций может попасть под оптимизацию или автоматизацию. Еще одна уязвимая группа — менеджеры среднего звена, в деятельности которых бизнес не видит конкретного измеримого результата. При этом Лоикова предостерегает бизнес от недооценки среднего менеджмента: именно из этой категории в дальнейшем вырастают руководители высшего уровня.
Сложнее может становиться и специалистам старше 45–50 лет с устаревшими профессиональными навыками. Эксперт связывает их уязвимость именно с необходимостью переобучения и высокой конкуренцией, а не с возрастом как таковым.
Три четверти предложений приходится на рабочие специальности
Одновременно с ростом конкуренции в офисном сегменте сохраняется острый дефицит рабочих кадров. По данным Мосстата, на конец июня работодателям Москвы требовалось 90,2 тысяч сотрудников. Из них 66,5 тысяч, или 73,7%, приходилось на рабочие профессии.
По анализу Зулии Лоиковой, особенно остро нехватка сотрудников ощущается в производстве, транспорте и логистике. Работодателям нужны станочники, операторы, водители, инженеры и технологи. В строительстве и ЖКХ сохраняется спрос на сварщиков, токарей, фрезеровщиков, монтажников, слесарей и сантехников. В торговле и сфере услуг востребованы продавцы, кассиры и повара, в медицине — медсестры.
Именно здесь возникает один из главных парадоксов нынешнего рынка. Количество людей, ищущих работу, увеличивается, но кадровый дефицит в востребованных рабочих профессиях сохраняется.
«Здесь нужно говорить о структурном дисбалансе. Работодателям не хватает сварщиков, токарей, инженеров, среди соискателей становится больше людей с высшим образованием, которые не хотят идти на завод. Навыки соискателей критически не соответствуют структуре вакансий, и это одна из самых серьезных проблем московского рынка труда на сегодняшний день», — рассказала Лоикова.
По мнению эксперта, быстро устранить этот дисбаланс не получится. Москва развивает систему среднего профессионального образования, однако, по оценке Лоиковой, изменение структуры кадрового предложения потребует около пяти лет.
Нехватка квалифицированных рабочих поддерживает и рост их доходов. По данным эксперта, зарплаты востребованных специалистов продолжают увеличиваться, а квалифицированные сварщики и токари могут получать свыше 200 тысяч рублей.
В Подмосковье дефицит рабочих выражен еще сильнее
Москва и Московская область остаются тесно связанными с точки зрения занятости, однако их структура различается. Лоикова отмечает, что столица более конкурентна и требовательна к кандидатам — здесь выше зарплаты, но одновременно выше требования к квалификации и скорости работы.
В Подмосковье, по словам эксперта, проще трудоустроиться в реальном секторе, прежде всего в производстве и логистике. Здесь острее дефицит рабочих рук и ниже конкуренция среди кандидатов.
Официальные данные подтверждают масштаб спроса на рабочие кадры. На конец июня предприятиям и организациям Московской области требовалось 126,4 тысяч работников, причем 118,1 тысяч, или 93,4%, — представители рабочих профессий. Официально зарегистрированных безработных в регионе в тот же период было 5,1 тыс. человек.
«В Москве выше зарплаты, выше цена ошибки и выше требования к квалификации и темпу выполнения задач. В Подмосковье проще найти работу в реальном секторе — в производстве и логистике, там острее дефицит рабочих рук и ниже конкуренция среди кандидатов. При этом конкуренция за позиции “белых воротничков” в Москве сейчас значительно выше», — отметила Лоикова.
Зарплатная гонка становится избирательной
Меняется и подход бизнеса к оплате труда. По прогнозу Лоиковой, номинальный рост зарплат в 2026 году замедлится примерно на треть по сравнению с предыдущим годом и составит около 14–16%.
При этом замедление, по прогнозу эксперта, будет неравномерным. Согласно данным, которые приводит Лоикова, средняя зарплата в Москве в апреле составляла около 197 тысяч рублей, а разрыв между средней и медианной превышал 80 тысяч рублей.
«Зарплатная гонка продолжается, но замедляется и становится полярной. Высокие зарплаты продолжают расти у востребованных рабочих, наших “синих воротничков”, и у топ-менеджеров. При этом у среднего офисного персонала доходы замораживаются, а разрыв между средней и медианной зарплатой в Москве уже превышает 80 тысяч рублей», — рассказала Лоикова.
Рынок охлаждается без массовых увольнений
Главным трендом 2026 года Лоикова называет «скрытое охлаждение» рынка труда. Оно происходит не через массовые сокращения, а через изменение кадровой политики компаний.
«Компании действуют не через увольнение, а через сжатие. Они замораживают вакансии, перестают создавать новые рабочие места прежними темпами, а ушедшего сотрудника могут не заменять, распределяя его задачи между оставшимися. Часть функций при этом автоматизируют с помощью искусственного интеллекта, также идет сокращение бонусов и премий», — рассказала Лоикова.
Одной из причин такой осторожности эксперт называет высокую ключевую ставку: компаниям приходится внимательнее относиться к инвестициям и искать возможности сократить расходы. Сейчас ключевая ставка Банка России составляет 14% годовых.
Банк России в августе также отметил постепенное снижение напряженности на рынке труда. По данным регулятора, предприятия стали лучше обеспечены работниками, рост зарплат замедлился по сравнению с предыдущими годами, а безработица остается вблизи исторического минимума.
Поиск новой работы может занять пять-шесть месяцев
Одним из последствий охлаждения может стать увеличение срока поиска работы. По оценке Лоиковой, поиск нового места осенью 2026 года может занять в среднем пять-шесть месяцев, а для отдельных управленческих позиций — еще дольше.
«Если человек потеряет работу осенью этого года, поиск, наверное, займет около шести месяцев. Это дольше, чем в 2024–2025 годах, когда он занимал где-то от полутора до двух месяцев, а в период острого дефицита хорошего специалиста могли просто схватить за одну-две недели. Сейчас в среднем на поиск работы уходит пять-шесть месяцев, а для некоторых управленческих позиций — даже больше», — рассказала Лоикова.
Осенью конкуренция усилится
Осенью Лоикова также ожидает роста спроса на гибкие формы занятости — удаленный и проектный формат, частичную занятость и стажировки. По ее анализу, доля предложений с удаленным форматом в Москве уже достигла 23%.
«Осень традиционно является высоким сезоном, поэтому я ожидаю роста конкуренции. Количество резюме продолжит увеличиваться. К поиску подключатся выпускники и специалисты, которые решили сменить работу после летнего затишья. При этом найм останется сдержанным — компании будут открывать вакансии, но уже без прежней спешки», — прогнозирует Лоикова.
До конца 2026 года Лоикова ожидает дальнейшего умеренного охлаждения и стабилизации рынка на новом уровне. По ее прогнозу, дефицит рабочих рук при этом сохранится одновременно с высокой конкуренцией за офисные позиции.
«Не будет ни обвала рынка, ни нового взрывного дефицита, как это было в 2024 году. Первый сигнал серьезного ухудшения, если оно наступит, — это не рост безработицы, а резкое падение количества вакансий примерно на 40% в ключевых секторах и массовый пересмотр зарплат вниз. Пока этого нет, поэтому мы видим замедление, но не падение», — заключила Лоикова.
Ранее ИА StolicaMedia сообщало, что житель Нижегородской области разбогател после суда с бывшими работодателями. Евгений одновременно был занят сразу у шести работодателей. В одной компании руководил отделом закупок официально, ещё в пяти — неофициально и удалённо. В 2024 году он уволился с основного места по соглашению сторон и получил 700 тысяч рублей компенсации.
